Наброски к произведению часть 2(те что в духе «Легенды» и «Прикупа»)
Играет The Silhouettes- get a job
Реджи соскользнула с дубового подоконника. Её белая, идеально выглаженная юбка Dior слегка задралась, обнажая бедро. Синяк. Уродливый, фиолетово-красный с желтой грязью окантовки. Пятно на её и без того растоптанной репутации, которое ни одна жаккардовая тряпка не может скрыть.
—Знаешь, встреться мы, скажем, в другой жизни, — она, даже не стараясь скрыть тремор, задумчиво накрутила прядь на палец,— я бы иначе поступила, Том. Наверное, плюнула бы вам обоим в лицо при первой же встрече.
—Сомневаюсь.
Он заметил, как она поджала губы в конце. Нервная рука, точно в бреду, вцепилась в гранёный стакан. Не знай Томас эту женщину, счёл бы дешёвой проституткой на препаратах, которая и цента не стоит. К сожалению, он знал её, знал, чем она дышит и какие действительно таблетки глотает перед сном. Поэтому ему было в некотором роде её жаль.
—Скоро вернётся Рик.
—Я знаю, – Том затянулся, – передай ему привет.
Редж, вцепившись немигающим взглядом в лицо мужчины, промолчала. Всё, что хотела, она уже сказала.
Он прошел мимо неё. Буднично, практически с безразличием вдавил в хрустальную пепельницу окурок. Томаса по прежнему окутывал шлейф Knize Ten, и, пожалуй, даже десяток скуренных сигарет не смог бы перебить этот холодный, с нотками кожи и мускуса аромат.
Дверь хлопнула, оставив девушку наедине с треском проигрывателя. Он не попрощался. Ничего. Оставил после себя только дымку и этот бессовестно дорогой вычурный запах.
Редж нервно обвела глазами комнату, поднеся к губам стакан. Новый смазанный алый след на стекле. Явно не последний. Должно быть, чуть позже, ровно такой же останется на горлышке Dewar’s. Она пока не решила. В целом, Рика она встречать не хотела, особенно на трезвую. Напиться и уснуть было оправданием и отсрочкой до утра. Наверное.
Ноги ослабли, она замялась, будто ожидая разрешения присесть. Разумеется, согласием на это служило молчание: молчание The Silhouettes на виниле или молчание еще не вернувшегося мужа. Значения это не играло. Слегка натянувшись, скрипнула обивка дивана.
«Томас просто урод. Пригрел, обнадежил, свалил. Жена брата. Хорошо. Он прав.»
Мысли уносили сознание в приторно яркий мирок, который по обыкновению называют фантазиями. Реджи бы жила в нём безвылазно, будь на то воля Бога или того, кто еще за ней приглядывает. Ангела хранителя, на крайний случай.
Свободная рука едва смяла подол, но остановилась. По ткани уже расползалось пятно от пролитого виски.
—Чёрт…
Вновь хлопок двери. Небрежный, гулкий. Она едва успела подскочить.
Стакан глухо проехался вдоль столешницы, едва не снеся собой дымившийся хрусталь Baccarat. Последовал звон, характерный, сейчас такой оглушающий, неуместный.
Почему ей страшно? Почему тело решило сделать абсолютно бессмысленный рывок?
—Ты сегодня рано.
Рик даже не повернул головы. Казалось, для него уже давно не существует никакой Реджины Лен Бекер, супружеского долга, хотя бы в формате обыкновенной заботы, семьи и прочей подобной чепухи.
Возня в прихожей продолжалась некоторое время. Тривиальная, рутинная. Редж она напомнила молчаливое приготовления палача к казни. Скрип кожи перчаток, которые Рик деловито стянул, а после швырнул на комод, лязг вешалок в шкафу, похлопывание по карманам пальто в поисках портсигара.
—Томми заходил. - слова сорвались с губ едкой усмешкой, не огорченной, не такой, какую стоило бы ожидать. Даже не вопросом. Рик прекрасно понимал, нет, попросту знал, что его брат был здесь. – И даже не задержался чтобы поздороваться. Ты постаралась?
—Он передавал привет.
—Может он еще что-нибудь через тебя мне решил передать?
Шаги Рика разлились по паркету. Прямо за спиной, заставив девушку стыдливо прикрыть ладонями пятно на подоле.
—Ты как всегда аккуратна.
—Я не понимаю, о чём ты.
—Я объясню, — мужские руки по-отечески легли на её плечи. Краем глаза Редж заметила, как сверкнул золотой перстень,— возможно ты забыла, откуда тебя, родная, вытащили в свет. Возможно, ты ненароком забыла, как с утра до ночи скрывала следы чужих таких же маленький шалостей?